Главная Диссертационный зал

Академия наук Республики Таджикистан

Отдел социологии Института философии и права

На правах рукописи

КАСЫМОВА СОФИЯ РАХМАТУЛОЕВНА

ГЕНДЕРНАЯ СИСТЕМА В КОНТЕКСТЕ СОЦИАЛЬНЫХ ИЗМЕНЕНИЙ ТАДЖИКСКОГО ОБЩЕСТВА

Специальность: 09.00.11 Социальная философия

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Радикальные социально-экономические, политические и культурные изменения, происходящие в таджикском обществе, появление новых ценностей закономерно приводят к переосмыслению и актуализации сложных социальных проблем, стоящих перед обществом, к числу которых, относятся проблемы гендерной системы.

В постсоветский период гендерная система находится в ситуации кризиса, о чем свидетельствуют происходящие изменения в традиционных гендерных ролях и нормах в современном таджикском обществе. Эти изменения в большинстве случаев приобретают характер девиантности. Девиантность проявляется в нарушении традиционных норм морали и права в брачно-семейной сфере, личностных взаимоотношениях мужчин и женщин, которые на протяжении веков гармонично регулировали систему гендерных отношений. Ситуация усугубляется тем, что на таджикское общество, как и на другие Центрально-азиатские страны оказывают мощное всестороннее влияние не только доминирующие мировые державы Запада, но и все возрастающие политические движения мусульманского Востока, которые направлены в том числе и на трансформацию системы гендерных отношений, исходя из собственных интересов.

Возможно, ли противостоять негативным унифицирующим тенденциям этих влияний, сохранив собственное «Я» – задача, которая требует особого внимания и изучения. В этой связи, возникает необходимость всестороннего и объективного анализа и оценки гендерной системы с тем, чтобы усилить позитивные тенденции, способствовать их развитию, не допускать негативных факторов. Актуальность исследования гендерной системы таджикского общества обусловлена не только указанными факторами, но и:

·        современным состоянием социально-философской мысли, которая требует глубокого и систематического изучения общественных явлений;

·        необходимостью осмысления исторического опыта решения гендерных проблем;

·        пониманием важности исследования гендерных проблем в отечественной социально-философской науке.

Следовательно, актуальность темы исследования в целом обусловлена неразработанностью теоретических и методологических вопросов, неразрывно связанных с анализом и оценкой гендерных проблем в современном таджикском обществе. В этой связи, поиск и, в конечном итоге, выработка эффективного подхода в исследовании гендерной проблематики, выступают весьма важной задачей социальной философии.

Степень разработанности проблемы. Проблемы пола и взаимоотношения полов всегда интересовали умы интеллектуалов. Античные философы Платон, Аристотель1 исходили из того принципа, что «мужское и женское» - это два не взаимосвязанных, а противоположных начала. Мужское - основное, положительное, активное, женское - производное, пассивное. В эпоху средневековья доминирующей идеологией становятся религиозные концепции, которые формировали официальный дискурс по проблематике пола.

В традиции таджикско-персидской философской мысли вопросы взаимоотношения полов, рассматривались в рамках практической философии, основывающейся на исламской концепции и античной школе перипатетиков. Таджикско-персидские мыслители Абу Али Ибн Сино, Унсуралмаали Кайкавус, Джалолиддин Давони, просветители Ахмади Дониш, Абдурауф Фитрат в своих трудах, в основном, актуализировали проблемы семьи, семейных отношений и вопрос о мужестве2. Сочинение Абу Али Ибн Сино «Тадбири манзил» («Домоводство») заслуженно считается фундаментальным источником по практической философии, которое подвергает философскому анализу традиционные концепции мужественности и женственности3.

В эпоху Просвещения жесткий религиозный дискурс, в некоторой степени, смягчается под влиянием идей гуманизма и в дальнейшем развивается в философских воззрениях представителей немецкой классической философии Г. Гегеля, И. Фихте, И. Канта4. Гендерные проблемы классиками марксизма5 были представлены как проблемы равноправия полов, но, в конечном счете, они свели их к проблеме «женщин», актуализируя «женский вопрос».

В 19 веке в Европе и Америке развитие индустриального капитализма породило новые парадигмы в философской мысли. На этой базе сформировалась идеология феминизма, делающая акцент на равные социальные, культурные права женщин с мужчинами. Французский философ – экзистенциалист Симона де Бовуар в своей книге «Второй пол» попыталась объяснить феномен гендерного неравенства и причины происхождения сексизма в обществе и культуре на уровне философской мысли. Эта книга оказала огромное влияние на развитие философии феминизма в 20 веке6.

В традиционном таджикском обществе вопросы взаимоотношения полов в социально-культурном аспекте достаточно полно и всесторонне освещены в трудах российских антропологов советского периода в лице М. Андреева, Н. Кислякова и Е. Пещеревой7.

В советский период данная проблема изучалась в контексте изменений, которые происходили исключительно в жизни женщин. Проблемы гендерной системы сводились к практическому решению «женского» вопроса. В Таджикистане, как и в других республиках Центральной Азии и Кавказа, в основном изучались социально-философские, исторические аспекты происходящих изменений в жизни женщин Востока. Под влиянием революционных преобразований 20 столетия, акцентировали внимание на позитивных сдвигах. Эти позиции освещены в работах таджикских ученых М. Гафаровой, Р. Набиевой, М. Акиловой и других специалистов Центрально-азиатского региона8.

В постсоветский период, появились работы в основном публицистической направленности, в которых политика эмансипации женщин Центральной Азии9 подвергается критическому анализу. Этим же вопросом заинтересовались и западноевропейские специалисты, которые большей частью в своих работах используют антропологический подход к проблеме10. Но пока нет глубокого и объективного анализа гендерного вопроса советского периода в регионе Центральной Азии. Дискурс в основном сводится к фиксации ошибочных практик, негативных сторон и последствий этой политики.

С появлением категории «гендер» в 90-годы вместо исследований традиционного «женского вопроса» стали проводиться гендерные исследования. В Таджикистане различными аспектами данной проблематики занимаются Ш. Шоисматуллоев, А. Куватова, З. Диноршоева, Т. Бозрикова, М. Шарипова и другие. Работы этих ученых, отражают изменения в гендерной системе после распада Советского государства. В статьях Ш. Шоисматуллоева, А. Куватовой анализируются проблемы женской занятости, доступа женщин к образованию, ресурсам, защиты политических, социально-экономических прав женщин, многоженства11. Т. Бозрикова в своих статьях актуализирует проблему гендерных стереотипов в современном таджикском обществе12. В исследовании М. Шариповой по проблеме насилия против женщин, сделана попытка выявления социокультурных факторов, оказывающих влияние на уровень насилия в обществе13. Философ З. Диноршоева акцентирует свое внимание на проблемы взаимодействия религиозных, мусульманских норм и норм традиций в процессе формирования гендерных отношений в современном таджикском обществе14. Отдавая должное научной и практической значимости работ, посвященных анализу гендерной ситуации постсоветского таджикского общества, вместе с тем, необходимо отметить, что в этих работах отсутствует, прежде всего, четкая методологическая направленность. Гендерные проблемы рассматриваются в рамках традиционного «женского вопроса», при этом игнорируются проблемы мужчин. Также спорными и не разработанными остаются проблемы:

·        гендерной политики Советского государства в регионе Центральной Азии;

·        влияния процессов модернизации гендерной системы в Советский период;

·        влияния процессов глобализации на гендерную систему в современном таджикском обществе.

Все еще не определены методологические подходы в исследовании гендерных проблем таджикского общества, нет конкретного целенаправленного исследования этого вопроса. Исходя из изложенного, и определяется цель и задачи настоящего исследования.

Цель и задачи исследования. Целью диссертационного исследования является измерение и определение степени влияния социальных изменений на гендерную систему таджикского общества. Достижение указанной цели подразумевает постановку и решение следующих задач:

·        исследование социально-философских воззрений на проблему гендерных отношений;

·        анализ понятийного аппарата гендерной системы;

·        определение основных характеристик и особенностей гендерной системы в традиционном аспекте;

·        сравнительно-исторический анализ влияния социальных изменений на гендерную систему;

·        выявление индикаторов, характеризующих степень изменений в структуре традиционной мужественности и женственности;

·        определение особенностей перспективного развития гендерной системы таджикского общества.

Научная новизна исследования. Работа представляет собой первое социально-философское исследование гендерной системы Центрально-азиатского региона, в которой на примере таджикского общества обоснованы идеи:

·        концептуальные основы гендера в философских учениях формируются под влиянием общественного сознания, которые отражают в целом общественное бытие;

·        гендерные роли подвержены влиянию физической и общественной среды, политической организации и культурных факторов;

·        гендерная политика Советского государства положила начало развитию модернизационных процессов в системе гендерных отношений таджикского общества;

·        гендерная система современного таджикского общества находится в состоянии кризиса, о чем свидетельствуют качественные изменения в структуре традиционных характеристик мужественности и женственности;

Кроме того, новизна исследования выражается также и в том, что впервые при анализе и оценке гендерной системы таджикского общества использована западная феминистская методология.

Методологические и теоретические основы исследования. Методологическую основу исследования составляют социально-философский и исторический подходы в анализе и оценке системы гендерных отношений, разработанные представителями социалистического феминизма15. Теоретической основой послужила теория социальной конструкции гендера, которая адаптирована и апробирована к реалиям постсоветского региона российскими учеными Е. Здравомысловой, А. Темкиной и другими исследователями16.

Кроме того, теоретической и идейной базой исследования послужили труды мыслителей античности, таджикско-персидских философов, философов эпохи Просвещения и философские воззрения феминистского толка, которые дополнялись теорией и методами:

·        социально-философской науки;

·        российских антропологов советского периода по изучению традиционного таджикского общества;

·        литературы по истории женского движения в Таджикистане, странах Центральной Азии, изданных в советский период;

·        литературы по гендерной проблематике в странах постсоветского пространства, в особенности в Таджикистане;

Теоретическая и практическая значимость диссертационной работы. Результаты исследования и содержащийся в диссертационной работе материал могут быть использованы при:

·        разработке и усовершенствовании методологии гендерных исследований в Центрально-азиатском регионе;

·         дальнейшем анализе и систематизации гендерной проблематики в странах Центральной Азии;

·        реализации гендерной политики в Республике Таджикистан;

·        подготовке и внедрении новых учебных программ и курсов по гендерной проблематике в высших учебных заведениях страны.

Апробация исследования. Диссертационная работа была обсуждена на заседании Отдела социологии 2 декабря 2003 г. и на Секции социальной философии Института философии и права Академии наук Республики Таджикистан 23 января 2004 г. Кроме того, диссертация была обсуждена на заседании Ученого Совета Института философии и права Академии наук Республики Таджикистан 14 мая 2004 г. и рекомендована к защите. Основные положения диссертации были освещены в статьях автора, опубликованных в научных и научно-популярных журналах по гендерной проблематике в Душанбе, Харькове, Риге, Хельсинки, Алма-Ате, Москве, Ташкенте, Лейден (Нидерланды) за период с 2000 по 2004 гг.

Структура диссертации. Работа состоит из введения, двух глав, включающих шесть параграфов, заключения и списка использованной литературы.

Основное содержание диссертации. Во введении обосновывается актуальность проблемы, анализируется степень ее изученности, формулируются цели и задачи, методологические и теоретические принципы исследования, раскрывается научная новизна проведенного исследования, а также его теоретическая и практическая значимость.

Первая глава «Социально-философский анализ гендерной системы» состоит из трех параграфов. В первом параграфе «Концептуальные основы гендера в философских учениях» проводится анализ и оценка социально-философских учений мыслителей античности, таджикско-персидских философов, гуманистов эпохи Просвещения, представителей немецкой классической философии, теоретиков марксизма и представителей феминистского направления в социально-философских науках.

Автор уделяет особое внимание социально-философским воззрениям представителей таджикско-персидской философской мысли. На протяжении веков вплоть до начала 20 столетия исламская концепция о первородстве мужчины и второсортности женщины была основополагающей и служила методологической основой философского анализа гендерной системы традиционного мусульманского общества. Исходя из данной концепции и, в рамках школы перипатетиков, таджикско-персидские мыслители такие как Абу Али Ибн Сино, Джалолиддин Давони, Унсуралмаали Кайкавус и другие17 в своих трудах, в основном, актуализировали проблемы семьи и семейных отношений. Особое место в практической философии таджикско-персидских мыслителей занимала проблема мужественности18.

По мнению автора, важной особенностью таджикско-персидской философской мысли является то, что мыслители, используя философские, религиозные понятия и другие категории пытались придать характер святости гендерным нормам и идеалам. Отсюда вытекает идея о непогрешимости и незыблемости этих норм, то есть формируется концепция о божественном предопределении и предназначении гендерных ролей в обществе. Таким образом, идея женского пассивного и мужского активного начала, исходящая из античной философии, которая была впоследствии нормативно закреплена исламской концепцией, в целом определяли подходы данного философского мышления.

В Европе же, в силу интенсивного развития производственных отношений философская мысль подвергалась значительному влиянию социальных преобразований. Средневековая метафизика в своих исходных позициях была подвергнута критике философами 17-19 в. несмотря на то, что в целом был сохранен приоритет мужчины в базовых формах деятельности. В то же время, она задала новые принципы понимания онтологии человека, признавая и закрепляя право на свободу за каждым человеком, независимо от пола. Впервые половые различия рассматриваются в социальном контексте.

Революционные преобразования общества в 20 веке в корне меняют основные положения философского мышления о взаимоотношении полов. На этой базе сформировалась идеология феминизма, делающая акцент на равные права женщин с мужчинами и признающей женщину, таким же биологически полноценным человеком как и мужчина. Выдвигаются другие идеи и концепции, которые анализировали проблемы гендера, используя новые подходы и активно искали пути решения. Самой значительной из них была социалистическая теория общественного развития К. Маркса и Ф. Энгельса. Работа Ф. Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства»19 обобщает взгляды теоретиков - социалистов на эту проблему. В диссертации автор делает акцент на том, что марксистская теория освобождения женщин в дальнейшем имела огромную популярность не только среди последователей коммунистической идеологии. Ее основные положения легли в основу новых теоретических разработок феминистских авторов - марксистское, социалистическое направление в феминизме. Симона де Бовуар - французский философ-экзистенциалист придерживалась марксистской позиции по вопросу освобождения женщин - освобождению посредством труда.

Идеи С. Бовуар получили дальнейшее развитие в период второй волны феминистского движения на Западе, часто именуемой неофеминизмом. Автор диссертации отмечает, что признание пестроты, многоликости, разнообразия общественных явлений и противоречий, роднящее неофеминизм с философией постмодернизма, позволило заговорить о наличии и возможном сосуществовании разных форм субъективности. Феномен женской субъективности - центральная тема в философии феминизма всех направлений и течений20. Вопросы об основах и границах категорий «мужчина» и «женщина» стали более проблематичными с развитием постструктуралистских и постмодернистских аналитических подходов, которые привели к появлению понятия «гендер».

Во втором параграфе главы 1 – «Методология подхода в исследовании гендерных проблем» - автором рассматривается вопрос о правомерности использования западных теорий, в контексте процессов, происходящих на постсоветском пространстве. По мнению Е. Здравомысловой и А. Темкиной слишком усердное адаптирование основных канонов западной феминистской традиции к постсоветской реальности неизбежно приводит к неопределенности научного дискурса21. И. Кон отмечает, что многие вопросы, обсуждаемые на Западе, для постсоветского пространства не имеют реального социального значения или, как минимум, не являются первоочередными22.

Принимая во внимание эти критические замечания, автор в то же время подчеркивает, универсальный характер некоторых теорий. К этим теориям можно отнести концептуальные основы социалистического феминизма, которые к тому же имеют историческую базу в постсоветском регионе. Исходя из этого автор при анализе и оценке гендерной системы таджикского общества, основывается на общих теоретических разработках представителей социалистического феминизма, которые исходят из позиций классовых противоречий, экономического угнетения и историзма.

В качестве теории среднего уровня в диссертации методологической основой служит теория социальной конструкции гендера23.

В третьем параграфе главы 1- «Гендерная система как социальный конструкт» основное внимание уделено логическому анализу проблемы, определению основных понятий. Автором даны определения понятия «гендера» и «гендерной системы». Раскрыты различия понятий «пола» и «гендера» с позиций двух основных школ: биогенетической и биокультурной. Биогенетическая школа стоит на позиции биодетерминизма и обосновывает различия в поведении мужчин и женщин биологическими и генетическими факторами. К данной школе можно отнести наиболее известную концепцию советского ученого В. Геодакяна – теорию полового диморфизма, которая основывается на представлении, что в любой эволюционирующей системе действуют два фактора - оперативный и консервативный, которые обеспечивают изменчивость и эволюцию любых развивающихся систем. Согласно этой точке зрения, женские «особи» олицетворяют консервативный фактор, а мужские - оперативный24. Автор подчеркивает что, данная концепция не является новой и/или оригинальной. Практически она исходит из традиции символизации мужского и женского начал в древних мифологиях. Например, предки таджиков разделяли времена года на мужскую и женскую половину. Понятие «Зин» - зима и/или тирмо» - осень считается мужского рода, так как в это время с неба идут на землю дожди и снег, оплодотворяющие землю. Весна же и лето считаются женщиной, женским началом, т.к. этот период производит плоды и зелень, природа тогда родит25. Автор обосновывает идею о том, что не только в древней, но и в современной мировоззренческой системе не всегда мужчина занимает положительную, а женщина отрицательную позиции26. Следовательно, данная оппозиция не является универсальной.

Помимо биологических отличий между людьми существуют разделение их социальных ролей, форм деятельности, различия в поведении и эмоциональных характеристиках. Вторая школа – биокультурная (социокультурная) держится именно на признании социокультурных норм в качестве инструмента конструирования социальных моделей мужчин и женщин и представлена растущим количеством исторических и антропологических исследований, которые указывают на огромную вариативность социополового поведения и разделения труда. Согласно утверждению Дж. Хубер, это разнообразие культурных адаптаций так велико, что его нельзя объяснить только биологическими факторами27. Поддерживая эту точку зрения, Э. Гидденс подчеркивает, что различия в поведении мужчин и женщин формируются главным образом в процессе их социального обучения и идентификации с определенным гендером28. Таким образом, гендер конструируется обществом как социальная модель женщин и мужчин и определяет их положение и роль в обществе, его институты, образуя систему.

Понятие гендерной системы включает разнообразные компоненты и по-разному определяется исследователями. Впервые термин поло-гендерная система использован американской феминисткой – антропологом Г. Рубин, которая определяет поло-гендерную систему как набор механизмов, с помощью которых общество преобразует биологическую сексуальность в продукты человеческой деятельности29. Существуют разные толкования понятийного аппарата гендерной системы. Так, по мнению И. Тартаковской, гендерная система это многоуровневый феномен, объединяющий в себе социальные, институциональные и символические практики, посредством которых мужчины и женщины разделяются по половому признаку и оказываются в асимметрических отношениях с обществом и друг с другом30. И. Хирдман рассматривает гендерную систему как совокупность отношений между мужчинами и женщинами, включающую представления, неформальные и формальные правила и нормы, определенные в соответствии с местом, целями и положением полов в обществе. Хирдман описывает гендерную систему как совокупность гендерных контрактов31. Такую же позицию развивают, относительно советского и постсоветского региона российские социологи Е. Здравомыслова и А. Темкина32. По их мнению, исследование гендерных систем помогает понять социально организованные отношения между полами.

Р. Коннелл выделяет три относительно независимые структурные модели гендерных отношений, описывающие гендерную систему. Первая модель концептуализирует социальное разделение труда между полами в сфере экономики и домохозяйства. Вторая модель описывает отношения власти, сферу политическую. Третья модель относится к сфере эмоциональных и сексуальных отношений33. Каждая из структурных моделей описывает относительно автономные сферы социальной реальности. В каждой из этих сфер гендерные отношения воспроизводятся и изменяются в результате взаимодействия структурных условий и практик. В них формируются и поддерживаются представления о надлежащей и девиантной мужественности и женственности, гендерные идеологии и дискурсы, коллективные действия, проблематизирующие и изменяющие гендерный порядок.

Автор рассматривает все эти три модели применительно к гендерной системе таджикского общества в историческом разрезе. Р. Коннелл говорит об относительной независимости этих трех структурных моделей гендерных отношений, которые в совокупности конструируют гендерную систему. Не оспаривая это утверждение, автор подчеркивает, что функционируя в относительной независимости, тем не менее, эти три модели логически тесно взаимосвязаны между собой. Доказательством этому могут служить факты изменений, происходящих в одной сфере, которые затем оказывают свое влияние на две другие модели гендерных отношений. Например, выход женщин-таджичек в публичную сферу, привел к изменениям в структуре властных отношений в обществе и семье, оказал влияние на механизмы формирования гендерных стереотипов в сфере эмоциональных и сексуальных отношений. В совокупности все это привело к трансформирующимся тенденциям в системе гендерных отношений таджикского общества.

Вторая глава «Влияние социальных изменений на гендерную систему таджикского общества» содержит три параграфа. В первом параграфе «Модернизация гендерной системы в советский период» подвергается анализу и оценке опыт модернизации гендерной системы таджикского общества в советский период. Автор подчеркивает огромное влияние Октябрьской Революции на социально-экономические и культурные преобразования в регионе Центральной Азии. Впервые в тысячелетней истории социальные институты, социальные структуры, социальные процессы Центрально-азиатского общества, подверглись мощному воздействию новой культуры. Особенно это касалось системы гендерных отношений.

Значимость и актуальность решения женского вопроса в мусульманских Центрально-азиатских обществах для Советской власти, заключалась в вовлечении женщин в публичную сферу. Эта акция осуществлялась посредством механизмов принуждения и поощрения, при этакратической и патримониальной гендерной политике советского государства34. Модернизация вызывала физическое, интеллектуальное и духовное сопротивление со стороны основной части населения, которое согласно законам логики было естественным явлением35.

Автор внимательно подходит при анализе и оценке результатов гендерной политики Советского государства в таджикском обществе. За годы Советской власти гендерная система подвергалась значительному влиянию модернизационных процессов. Вовлечение женщин в публичную сферу, посредством трудовой деятельности, способствовало снижению доминирующей позиции мужчины-добытчика. Если в начале модернизационных процессов мир женщины-таджички ограничивался пределами дома своего мужа или отца, то через 3-4 поколения таджикские женщины, заявили о себе как экономически активные, грамотные, интеллектуально развитые граждане своей страны36. Несмотря на некоторые ошибочные практики гендерной политики советского государства, тем не менее, положение мусульманских Центрально-азиатских женщин было достаточно высоким по многим показателям, особенно по уровню образования, трудовой активности, социальной защищенности, по сравнению с женщинами зарубежных мусульманских стран.

Модернизация имела больше влияния в публичной сфере, такие как труд, образование, общественная деятельность. Взаимоотношения полов в семейно-брачных, личностных сферах, не подверглась особому влиянию модернизационных процессов. Культура традиционной мужественности и женственности оставалась почти неизменной37. В общественном сознании доминирующую роль играли традиционные гендерные стереотипы и идеалы, соответственно новые гендерные роли и нормы имели маргинальный характер. Несмотря на конституционное обеспечение равноправия полов, женщины занимали подчиненное положение по отношению к мужчинам, особенно в семейно-бытовой сфере, что в свою очередь закрепляло реальное гендерное неравенство в таджикском обществе.

Таким образом, гендерная политика советского государства реализовала проект создания новой женщины и нового мужчины в регионе, где практически не имелись социальные и экономические основы для таких преобразований, в отличие от европейской части страны. Возможно поэтому, многие ситуации в особенности, в гендерной системе отличаются, прежде всего, своей противоречивостью. С одной стороны, высокие показатели позитивных преобразований в социально-экономической жизни страны, ослабление позиции религии, возможность приобщения к культурным достижениям других народов (особенно русского народа), которые в совокупности сформировали другую социальную общность, отличающую от дореволюционного таджикского народа. С другой стороны, консерватизм мышления и поведения основной части населения, психологическая инертность индивидов к позитивным новациям, сдерживали процесс гармоничного развития общества в новых социально-культурных условиях.

Второй параграф второй главы – «Кризис гендерной системы таджикского общества в постсоветский период» посвящен анализу гендерной системы в постсоветский период. Автор, основываясь на проведенном анализе, приходит к выводу, что гендерная система постсоветского таджикского общества находится в ситуации кризиса, о чем свидетельствуют происходящие изменения в традиционных характеристиках мужественности и женственности.

Экономический, социальный кризис привел к падению уровня жизни граждан Таджикистана, который, в свою очередь, стимулировал женскую активность в публичной сфере38. Таджикская женщина в большинстве случаев приняла на себя не свойственную ей ранее роль кормильца семьи. Это происходит не только тогда, когда женщина остается вдовой или разведенной с маленькими детьми, но и тогда, когда мужчина, глава семьи, не в состоянии материально содержать семью. Трудовая активность дает толчок к социальной мобильности женского населения республики, которая приводит к изменению традиционного распределения труда в публичной сфере. Данная тенденция усиливает гендерную сегрегацию в сферах профессиональной занятости, которая в свою очередь приводит к увеличению дискриминационных практик в отношении женщин: в сфере занятости, доступа к ресурсам и т.д

Автор констатирует, что изменения, которые происходят в публичной сфере, влияют на частную жизнь людей. Особенно, это касается системе брачно-семейных отношений, потому что семья – самый чуткий к этнокультурным и экономическим изменениям социальный институт. Официальная статистика показывает изменения в количественных показателях брака и семьи39. Происходят качественные изменения, которые формируют новые брачно-семейные отношения40. Миграция «село-город»41 способствовала интенсивному началу процесса разрушения большой патриархальной семьи. Если до 90-х годов в Таджикистане была распространена модель большой расширенной семьи, особенно в сельской местности, то экономический кризис обнажает уязвимые стороны, такого типа семей. По мнению автора, это обстоятельство способствует распространению, особенно в городских поселениях нуклеарных семей. Также все чаще браки заключаются «по расчету», игнорируя традиционные нормы родственных, клановых браков. Отмечается общая тенденция свободного выбора супруга.

Автор, внимательно анализирует и дает оценку происходящим изменениям в структуре традиционной мужественности и женственности. В постсоветский период социально-экономический кризис, безработица, вынужденная трудовая миграция, резко снизили социальную роль мужчин в семье42. Центральной характеристикой мужской идентичности является потребность доминирования, неразрывно связанная с мужской гендерной ролью добытчика, кормильца семьи. По мнению автора, ослабление позиции мужчины-кормильца и усиление роли женщины, выполняющей функции кормильца и/или со-кормильца семьи, логически приводят к изменениям в структуре традиционной мужественности и женственности, которые, в свою очередь, нейтрализуют гендерные стереотипы и установки, относительно традиционных гендерных ролей в общественном сознании.

Таким образом, современные гендерные характеристики мужчин и женщин не соответствуют традиционным гендерным нормам, идеалам и стереотипам. Соответственно, они имеют маргинальный статус в обществе. В совокупности, все эти изменения приводят к ненормативному поведению (девиантности) в сфере брачно-семейных, личностных и сексуальных взаимоотношений мужчин и женщин и создают ситуацию кризиса в системе гендерных отношений таджикского общества. В досоветский период девиантность в гендерной системе была чрезвычайно редким явлением. Формальные институты власти и неформальные социальные институты не позволяли и не поощряли такое поведение индивидов. Притом, санкции были достаточно суровыми и в большинстве случаев применялись безоговорочно. Что же касается советского периода, то модернизация социальных отношений осуществлялась через деинституциализацию традиционных социальных институтов, и, следовательно, были попытки искусственно придать характер девиантности многим нормам, которые именовались как пережитки феодального прошлого. Именно эта политика советской власти, теперь объясняется, как одна из причин, которая в настоящий период в большей степени порождает новые формы девиантного поведения индивидов в гендерной системе. На сегодняшний день такая точка зрения наиболее популярна в среде таджикской интеллигенции43.

В третьем параграфе второй главы – «Перспективы развития гендерной системы таджикского общества» - автор, основываясь на позиции Э. Гидденса об основных трех типах факторов (физическая и общественная среда, политическая организация и культурные факторы), могущих влиять на социальные изменения44, пытается определить контуры развития гендерной системы таджикского общества в будущем с учетом влияния этих факторов.

На основе проведенного анализа автор приходит к выводу, что в современном таджикском обществе за ситуацией кризиса вырисовывается новый гендерный порядок, отличающийся характеристиками, которые не были свойственны ни советскому, ни досоветскому периоду истории таджикского народа. Этот новый порядок включает в себя, наряду с традиционными патриархальными элементами гендерной системы, и советские нормы, и новые нетрадиционные характеристики мужских и женских ролей.

По мнению автора, экономическая независимость женщины, вместе с «ослаблением» позиции мужчины-добытчика – вот та сила, которая разрушает вековые традиции патриархальных устоев общества. И это происходит не под влиянием принудительного воздействия, как это было в начале гендерной политики Советского государства, а изнутри, вследствие трансформации всей социальной, экономической и политической системы общества. Несомненно, на этот процесс влияет мировая глобализация45, которая формирует новые подходы: политические, идеологические, нравственные, исходя из своих собственных целей и задач. Миграционные процессы и возможности широких коммуникаций46 все более приближают молодое поколение таджикистанцев к принятию новых ценностей, идей. Распространяются установки индивидуализма, подчеркивающие ценность каждой личности, в противовес традиционному и советскому коллективизму. Отсюда повышается самооценка личности, свобода личностного самовыражения, будь то женщина или мужчина. В совокупности, все это постепенно приводит к ломке традиционных иерархических структур, в том числе гендерной иерархии, построенной на принципах мужского доминирования и женской подчиненности.

Гендерная политика Правительства Республики Таджикистан, способствует формированию идеологии эгалитаризма и, в конечном итоге направлена на достижение гендерного баланса в обществе47. Именно государство выступает гарантом свободы слова, выбора жизненной парадигмы, защиты прав женщин, детей, социально-незащищенных групп населения, свободного развития личности, будь то мужчины или женщины.

В заключение диссертации обобщены основные выводы и положения исследования, определены задачи дальнейшего изучения развития проблемы гендерной системы таджикского общества.

Главная Диссертационный зал